«Пустое место» МСП

«Пустое место» МСП

Политолог Мухин ответил на статью Анастасии Татуловой

Анастасия Татулова, экс-маркетолог, основавшая сеть кафе «Андерсон», в 2020 году стала общественным омбудсменом в сфере малого и среднего бизнеса, но продержалась в этом статусе недолго — до мая этого года. Татулова опубликовала в «МК» статью «Пустое место не может быть опорой» с рассуждениями о ситуации с малым и средним предпринимательством в России. Политолог Алексей Мухин не только нашел в утверждениях Татуловой многочисленные нестыковки, но и жестко оценил деятельность экс-обмудсмена.

Фото: pixabay.com

Анастасию Татулову пару месяцев назад попросили с позиции «омбудсмена по делам МСП», однако обвинительная тональность, с которой она отыскивала «вредителей» во власти, не уменьшилась, о чем свидетельствует недавняя ее «прощальная статья».

За те же два месяца правительство и законодатели приняли немало нормативных документов, выделив громадные бюджетные деньги, которые существенно облегчили функционирование и жизнь массы МСП. Однако для Татуловой это не имеет значения: в соответствии с давним принципом Геббельса — если нет фактов, бери горлом, она, похоже, манипулирует цифрами в своем тексте, чтобы иметь повод в очередной раз обвинить неких «исполнителей- нахлебников», от которых «страдают не только предприниматели, но и Россия в целом».

Попробуем разобраться по существу в статистике Татуловой. Она приводит следующие цифры — малый бизнес за год (июль к июлю) сократился на 0,5%, средний — на 2,3%.

Это ложь. По данным Единого реестра МСП на 10июля — 5 669 887, что почти на 50 тыс. больше, чем год назад — 5 623 615.

Проигнорирован такой фактор, как общее падение экономики. ВВП по официальным данным месяц к месяцу сократился на 4,5%, а по данным ФНС за 5 месяцев 2022 от МСП поступило 2,5 трлн руб налогов, на 415 млрд руб или 20% больше, чем за аналогичный период 2021.

Иными словами, число предпринимателей увеличилось незначительно, а работать они стали производительней, судя по налогам, на 20%. Это не трудно посчитать.

Но со счетом в пределах тысячи у владелицы миллиардного бизнеса не совсем хорошо: она утверждает, что количество средних компаний сократилось за год на 400 тыс. единиц, не смущаясь явной несуразностью этой цифры, которая любому мало-мальски грамотному экономисту сразу бросается в глаза.

При элементарной проверке выясняется: было 17 848 компаний, стало 17 446. Вычитаем (упражнение третьего класса начальной школы), разность около 400.

Еще одно утверждение Татуловой — падение численности МСП «идет уже пятый год подряд» — похоже на вранье.

Действительно, начиная с 2018 количество МСП в Едином реестре формально уменьшилось. Формально — это потому, что развернулся эксперимент с самозанятыми (один из видов предпринимательства, юридически выходящий за пределы реестра), число которых возросло до 5,2 млн, и структурно изменилось соотношение между МСП и микропредприятиями, за счет снижения количества которых (переход в самозанятые) уменьшилось МСП при общем росте вовлеченных во все формы предпринимательства, учитывая самозанятость.

Статистику собственного розлива Татулова использует и оценивая число реально действующих МСП в 300 тыс, то есть менее 5%.

МСП делятся на средние, малые и микропредприятия. Средние и малые как раз насчитывают около 300 тыс. По Татуловой выходит, что из зарегистрированных 5 млн микропредприятий ничтожное количество занимается реальным производством и услугами. Такой абсурдный вывод можно сделать, лишь представляя микропредприятия как инструмент обналичивания и отмыва денег.

Все подтасовки фактов нужны Татуловой для одного — обвинить неких «заинтересованных в собственном обогащении исполнителей в блокировке указаний Президента» «по стимулированию частной инициативы и расширению предпринимательской свободы».

При этом в своей манере умственных спекуляций крайней степени некомпетентности Татулова не называет ни фамилий, ни конкретных действий тех самых «исполнителей»-злоумышленников.

Даже экспресс-анализ нормативных актов свидетельствует, что развитие МСП на основе свободы бизнеса и поощрения добросовестной частной инициативы всегда оставалось в поле зрения власти, начиная с программы Грефа в нулевых и до национального проекта МСП. Приоритетные условия ведения бизнеса закреплялись в использовании специальных режимов налогообложения, в частности,в весьма позитивно оцененном предпринимателями ЕНВД.

И во множестве способов получить льготное финансирование, доступ к госзакупкам, стимулирующие ставки аренды и другое, чем Татулова, несомненно, пользовалась, нарастив почти до миллиарда выручку своих структур за последние два года.

Да и сама она не раз во весь голос на солидных форумах заявляла самые разнообразные инициативы — от отмены НДС до отказа от маркировки подакцизных товаров. Они были отклонены ввиду отсутствия расчетов и архаичной некомпетенции.

А вот где действительно есть повод поговорить о проблемах — деятельность Татуловой за два года ее «омбудсменства».

Никаких воспринятых и поддержанных бизнес-сообществом предложений и действий не зафиксировано. Время и поддержка высших государственных структур были использованы для личного пиара, а не для анализа того, к примеру, почему дробится бизнес, причин и последствий занижения налогооблагаемой базы, оптимизации доступа МСП к ресурсам и много другого.

Так что предприниматели с уходом Татуловой могут рассчитывать, что их реальные проблемы в диалоге с государством будут решаться быстрее и эффективнее, с должным уровнем профессиональной компетенции и без липкого пропагандистского шума.

Источник

Похожие записи

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *